-29 °С
Салкым
Антитеррор
Вань иворъёс
Политика
4 Октябрь 2019, 09:55

Форум «Российская энергетическая неделя»

#национальныепроекты#нацпроекты#региональныепроекты#регпроекты#нацпроектыБашкортостан#ВладимирПутин

Владимир Путин принял участие в пленарном заседании Международного форума «Российская энергетическая неделя».
Глава государства выступил перед собравшимися и ответил на их вопросы.
Стенографический отчет о пленарном заседании Международного форума «Российская энергетическая неделя»
К.Симмонс (как переведено): Добрый день, дамы и господа! Добро пожаловать на пленарное заседание.
Позвольте представить участников нашего заседания, у нас особые гости. Слева от меня сидит Роберт Дадли, главный исполнительный директор «БиПи», он работает в этой компании уже 40 лет, а жил и работал в России более 10 лет.
Следующий от него сидит Мохаммад Баркиндо, Генеральный секретарь ОПЕК, ранее он возглавлял национальную компанию Нигерии, также возглавлял делегацию Нигерии на переговорах по климату в ООН.
Далее за ним Даррен Вудс, председатель совета директоров «Эксон-Мобил», работал в компании уже 25 лет и занял позицию после Рекса Тиллерсона, когда он занял позицию госсекретаря.
Далее, слева от него Райнер Зеле, председатель правления «ОМВ». Это ведущая нефтяная газовая компания Австрии, у которой долгая история партнерства с «Газпромом».
И далее Пекка Лундмарк, президент «Фортум корпорэйшн», который работает в сфере энергетики четыре года. На самом деле самый молодой участник данной панельной дискуссии в отношении опыта.
И пока мы ждем Президента России, хотел бы начать разговор. Господа, простите, если я буду прерывать вас в тот момент, если нам сообщат, что мы будем готовы начать официальную часть.
Господин Баркиндо, Вы только что провели встречу с Президентом Путиным. Может быть, поделитесь с нами, как прошла встреча? И расскажите нам, пожалуйста, в чем заключается видение ОПЕК относительно текущих цен на нефть, и каковы планы ОПЕК по поддержанию стабильности цен на нефть? Нужно сказать, что Вы вполне преуспели в этой задаче за последние несколько лет.
Как вам это удалось?
М.Баркиндо (как переведено): Большое спасибо!
Я рад вас поприветствовать.
Уважаемые дамы и господа! Уважаемые члены делегаций! Дорогие друзья! Дорогие коллеги!
Для меня приятно снова вернуться в Москву и поучаствовать в «Российской энергетической неделе». Я вижу здесь большое количество коллег, скажу даже – друзей по отрасли.
Как обычно у нас прошли очень успешные и плодотворные встречи, в частности встреча с Президентом Путиным. Президент стабильно проявляет интерес к работе ОПЕК, и к нашему сотрудничеству со странами, не являющимися членами ОПЕК, в частности, в соответствии с Декларацией о сотрудничестве. Президент стабильно демонстрирует поддержку и приветствует это сотрудничество.
К.Симмонс: Позвольте Вас перебить. Спасибо за выступление, мы к Вам еще вернемся.
Сейчас мы готовы поприветствовать господина Владимира Путина.
В.Путин: Уважаемые друзья! Дамы и господа!
Сердечно приветствую всех вас в Москве на «Российской энергетической неделе».
По традиции среди участников и гостей форума – руководители ведущих мировых компаний и отраслевых объединений, министерств, ведомств, авторитетные специалисты и эксперты. Словом, те, кто задаёт контуры будущего глобальной энергетики.
В этом году – нам очень приятно это отметить – у нас рекордное число участников. Это говорит о том, что форум набирает обороты: 10,5 тысячи участников, более 200 компаний из 80 стран мира.
Уверены: в основе такого интереса лежит стремление к сотрудничеству, повышению доверия – всё это нацелено на технический и технологический прогресс ТЭКа, обеспечение энергетической и экологической безопасности планеты.
Мы видим, как вместе с увеличением масштабов, взаимосвязанности мировой энергетики возрастает и её чувствительность, как нестабильность в отдельных регионах отражается на глобальном уровне спроса и предложения. Только что с Генеральным секретарем ОПЕК мы как раз именно об этом и говорили.
В этих условиях крайне важно использовать все механизмы для балансировки рынка, с учётом интересов всех сторон находить взаимоприемлемые развязки.
Ярким примером такого диалога стала сделка «ОПЕК плюс» – первое в истории успешное взаимодействие стран – участниц ОПЕК и государств, не входящих в эту Организацию.
Нам вместе удалось добиться результата, который устроил и производителей нефти, и её потребителей. Создал условия для дальнейшего развития нефтяной отрасли, запуска новых долгосрочных проектов.
Россия остаётся ответственным участником «ОПЕК плюс». И мы уверены, что наше сотрудничество будет развиваться. Причём речь идёт не только об уровне добычи нефти, но и о тесной кооперации по таким направлениям, как внедрение новых технологий добычи, переработки, транспортировки углеводородов, решение экологических проблем.
По мнению экспертов, потребление энергоресурсов в ближайшие годы будет расти, прежде всего в странах Азиатско-Тихоокеанского региона, а также на традиционных рынках – таких, как Европа.
И здесь на первый план выходит надёжность и предсказуемость поставок. Работа по общим прозрачным правилам, свободным от недобросовестной конкуренции в «политической обёртке», когда под надуманным предлогом вводятся ограничения на деятельность энергетических компаний или их партнёров.
Но и в этих условиях мы демонстрируем ответственный, деловой подход, в том числе в отношениях с нашими многолетними партнёрами в Европе. Убеждены, как бы ни кипели эмоции и страсти, какие бы нечистоплотные приёмы ни использовались против нас, надо руководствоваться фундаментальными принципами прагматизма, надёжности, видением общего будущего. Мы и намерены, и будем поступать именно так.
Россия обеспечивает стабильные, бесперебойные поставки газа на европейском направлении. Мы продолжаем реализацию крупных инфраструктурных проектов, таких как газопроводы «Турецкий поток», «Северный поток-2».
Морской участок «Турецкого потока» завершён, идут работы на суше. «Северный поток-2» также строится по графику: уже проложено свыше 82 процентов маршрута.
Вновь подчеркну: эти проекты реализуются совместно с европейскими компаниями и носят исключительно коммерческий характер. Хочу это еще раз подчеркнуть, здесь нет никакой политической подоплёки.
Задача этих проектов – диверсифицировать маршруты поставок газа, убрать транзитные риски и тем самым укрепить энергетическую безопасность Европы. Именно поэтому логика нормальных деловых отношений берёт верх над попытками сделать энергетику заложником политических разногласий.
И конечно, у нас появляются новые стимулы развивать сотрудничество с теми, кто не поддерживает такую логику – логику недобросовестной конкуренции. В частности, в Азии спрос на углеводороды растет, увеличивается, он растёт быстрее, чем в Европе.
Россия уже стала крупнейшим экспортёром нефти в Китай. За последние 10 лет наши поставки нефти в эту страну увеличились в 4,5 раза, а нефтепродуктов – в два раза.
К концу года планируем запустить газопровод «Сила Сибири». Он станет частью восточного маршрута, по которому в КНР будет поставляться российский газ.
Вместе с иностранными партнёрами мы развиваем и новые, ёмкие рынки и направления. Работаем в такой перспективной нише, как производство сжиженного природного газа.
Отмечу, что с начала века число стран – потребителей СПГ выросло более чем в пять раз. Спрос увеличился почти вдвое. По некоторым оценкам, через 5–10 лет на долю СПГ будет приходиться половина мировой торговли газом.
С учётом этих тенденций мы разрабатываем ресурсную базу Арктики. Развиваем Северный морской путь и наш транзитный флот – простите, транспортный флот. Он, собственно говоря, и является в то же время транзитным, поэтому это практически не оговорка. Расширяем географию поставок российских углеводородов.
Благодаря проекту «Ямал СПГ» доля России на глобальном рынке СПГ увеличилась более чем вдвое и сейчас составляет около девяти процентов. Для России это пока немного, но это заметный прогресс.
Вместе с компаниями из Франции, Японии, Китая мы реализуем проект «Арктик СПГ-2», он даст ещё 20 миллионов тонн газа в год.
Низкая себестоимость добычи и привлекательная логистика делают российские СПГ-проекты одними из самых конкурентных в мире и позволяют рассчитывать на долгосрочный рост нашей доли на этом динамичном рынке.
Мы рассчитываем – может быть, здесь уже за круглыми столами звучала эта цифра – к 2035 году выйти на уровень производства СПГ в 120–140 миллионов тонн в год.
Уважаемые коллеги!
Заметной тенденцией глобальной энергетики стало пристальное внимание к вопросам экологии и климата, акцент на ответственное развитие отрасли, которое снижает воздействие на окружающую среду.
В модернизации и наращивании потенциала ТЭКа мы, конечно же, учитываем и эти тенденции. Отмечу, что неделю назад, 23 сентября, мы приняли необходимые решения по ратификации Парижского соглашения по климату.
Сегодня у России один из самых чистых, низкоуглеродных энергобалансов в мире. Хочу об этом сказать особо, хочу это подчеркнуть, мало кто даже об этом знает. Больше трети нашей генерации приходится на гидро- и атомную энергетику; ещё 50 процентов – на газ.
За последние пять лет в нашей стране введено 800 мегаватт мощностей на базе возобновляемых источников энергии. Почти половина из них – в прошлом году. Строятся и проектируются объекты ещё на четыре тысячи 700 мегаватт.
Мы запустили инструменты поддержки низкоуглеродной энергетики. Для проектов ветровой, солнечной и гидрогенерации используются долгосрочные договоры поставки мощности.
Электроэнергия от возобновляемых источников получает преференции на розничном рынке в нашей стране. Зафиксирована норма её обязательной и приоритетной закупки сетевыми организациями. То есть это реальные инструменты поддержки этого сектора энергетики.
Рассчитываем, что принятые меры стимулируют собственные научные разработки, приток инвестиций в этот высокотехнологичный сегмент российской энергетики, гарантируют возврат капитала и высокую доходность вложенных средств.
И конечно, особое внимание нужно уделить повышению эффективности производства и использования энергоресурсов. Шире использовать цифровые технологии при добыче сырья, в генерации и при передаче электроэнергии.
В сфере потребления энергии сосредоточен огромный резерв. По некоторым оценкам, повсеместное внедрение «умных сетей» в мире может на четверть снизить ежегодные потери в этой сфере.
Россия активно применяет цифровые решения в энергосетевом комплексе. Запущены пилотные проекты «умных сетей» в Калининграде, Уфе, Белгороде. С учётом результатов будем масштабировать этот опыт и на другие города, другие регионы Российской Федерации.
Уважаемые друзья!
Сегодня перед мировой энергетикой стоят серьёзные вызовы и большие задачи. В рамках «Российской энергетической недели» намечены предметные, профессиональные дискуссии на этот счёт.
У каждого из вас своё мнение, свои взгляды на проблемы в этой сфере. Но, безусловно, общим является то, что все мы заинтересованы в уверенном, поступательном, экологическом развитии энергетики. Понимаем её значимость для устойчивого роста глобальной экономики, улучшения жизни людей во всех регионах планеты.
Разделяя эти тенденции, Россия приглашает к сотрудничеству. Мы открыты для созидательного, конструктивного партнёрства в области энергетики – в инте­ресах нашего общего стабильного и предсказуемого будущего.
Благодарю вас за внимание.
К.Симмонс: Господин Президент, большое спасибо за Ваше выступление.
Если позволите, хотел бы чуть подробнее спросить про некоторые вопросы, которые Вы подняли, включая защиту окружающей среды, использование трубопроводов – целый ряд вопросов.
Если позволите, давайте начнем с вопроса поставок. Вы встречались с Президентом Рухани совсем недавно, если я не ошибаюсь, на прошлой неделе. Расскажите, что Вы вынесли для себя из этой встречи и каково Ваше видение по ситуации с Ираном?
В.Путин: Мы встречались вчера. Мы говорили не только об энергетике, об энергетическом сотрудничестве. Мы говорили обо всем комплексе российско-иранских отношений.
Но хорошо известно, что Иран обладает огромным потенциалом, является очень крупным игроком на мировом энергетическом рынке, но, к сожалению, из-за санкционной политики американской администрации, Иран не может реализовать в полном объеме свои возможности.
На мой взгляд, это в целом очень вредно для мировой экономики и для мировой энергетики. Потому что это не дает возможности обеспечить стабильную работу сектора, крайне важного сектора для всей мировой экономики.
А когда нет стабильности, нет и инвестиций, нет, во всяком случае, должного объема инвестиций. Скачут цены, что, в конечном итоге, вредит не только производителям, но и потребителям энергии.
Но Россия всячески поддерживает Иран, старается минимизировать негативные риски не только для этой страны, но и для мирового энергетического рынка. У нас есть определенные договоренности с европейскими партнерами, которые тоже так или иначе стараются выстроить отношения с Ираном, в том числе в сфере энергетики.
Давайте не будем забывать, что решение этих вопросов тесно связано с глобальной политикой и вопросами безопасности. Будет ли Иран придерживаться со своей стороны принципов, изложенных в СВПД или нет – это чрезвычайно важный и острый вопрос, который стоит сегодня на повестке дня в мировой политике.
Мы очень рассчитываем на то, что договоренности будут сохранены, ситуация вокруг Ирана в конечном итоге нормализуется, и это благоприятным образом скажется на мировой энергетике.
К.Симмонс: Здесь есть представители очень высокого уровня и Ирана, и Садовской Аравии, они сейчас в аудитории. Поэтому кажется уместным вопрос: Президент Рухани будет готов, например, встретиться с Президентом Трампом? Какое у Вас было впечатление после встречи с Президентом Ирана? Возможна ли, Вам кажется, такая встреча?
В.Путин: Об этом лучше спросить Президента Рухани и Президента Трампа. Наша позиция заключается в том, что всегда диалог лучше любой конфронтации. И ярким примером этого служит волевое и очень взвешенное, абсолютно прагматичное и правильное решение Президента Трампа о встрече с Ким Чин Ыном, лидером Северной Кореи. Сразу наступила более-менее заметная развязка.
Там еще далеко до решения всех проблем, о которых мы хорошо знаем, но все-таки это шаг в исключительно правильном направлении. То же самое касается и прямых контактов между Ираном и Соединенными Штатами, между Президентом Ирана и Президентом США.
Такая попытка была предпринята сейчас со стороны Франции, насколько мне известно, на Генеральной Ассамблее ООН в Нью-Йорке. Но эта встреча, к сожалению, не состоялась, потому что Иран полагает, что в условиях санкционного давления он не имеет равных условий для этого диалога. Но мне кажется, что желание к нормализации ситуации, в том числе нормализации отношений с Соединенными Штатами, у Ирана, безусловно, есть.
К.Симмонс: И все же в то же самое время мы знаем факт – случилась атака на объекты «Сауди Арамко». Как Вы рассматриваете эту атаку в контексте того, о чем Вы говорили, то есть Вы говорили о том, что Иран готов сесть за стол переговоров.
В.Путин: Мы осуждаем подобные акции, кем бы они ни были организованы. Это деструктивное событие, которое повлекло за собой серьезные последствия для мирового энергетического рынка. Но не думаю, что те, кто реально планировал и осуществил эту акцию, достигли своих целей.
Да, действительно, колебания на рынке возникли. Действительно, потери у Саудовской Аравии были большими – они на 50 процентов вынуждены были сократить добычу, поскольку негде было перерабатывать, НПЗ были повреждены.
Но эти колебания были кратковременными. Мы с вами знаем, что практически в течение недели все восстановилось на мировых рынках, и сейчас цена Brent упала ниже 60 долларов за баррель.
Поэтому они не приводят к нужному эффекту для тех, кто осуществляет подобные акции, но вредит мировой экономике и потребителям в том числе. Поэтому еще раз говорю: мы это осуждаем, но мы против того, чтобы перекладывать вину на Иран, поскольку для этого нет никаких доказательств.
Вчера мы тоже эту тему с Президентом Рухани обсуждали. Его позиция заключается в том, что Иран снимает с себя всякую ответственность за это событие, он не причастен к этому событию, и для него, для Ирана, несколько странновата позиция некоторых стран, которые без достаточных оснований и без получения результатов международного расследования назначают его виновным.
К.Симмонс: Позвольте уточнить. То есть Вы принимаете объяснения Ирана? Поскольку разведывательные службы США вне всякого сомнения уверены в ответственности Ирана за атаку?
В.Путин: Разведывательные службы в США обслуживают внешнюю политику этой страны. Но они пока не представили никаких доказательств. И мы разговаривали с руководством Саудовской Аравии, я лично разговаривал с Наследным принцем.
И я так понял своего собеседника, что и Саудовская Аравия стремится к тому, чтобы получить неопровержимые доказательства по поводу причастности той или иной страны к этим событиям. Но пока никто этих доказательств не представил. Давайте будем руководствоваться не эмоциями, а фактами.
К.Симмонс: Позвольте обратиться к Даррену Вудсу, он сидит совсем рядом с Вами, господин Президент.
Господин Вудс, как случившееся самым серьезным образом повлияло на поставки нефти на рынок? Какой эффект Вы ощутили на рынке? И как отреагировал рынок?
Д.Вудс (как переведено): Весьма поразительно: если бы Вы сказали мне и вообще всем игрокам промышленности, что может случиться такая атака, то, мне кажется, рынок отреагировал бы очень мощно.
Но мы увидели реальную реакцию, и, учитывая масштаб атаки и перерывы с поставками нефти, мне кажется, рынок отреагировал весьма спокойно. Прежде всего, реакция властей Саудовской Аравии и всех представителей промышленности была крайне эффективной – они действительно продемонстрировали приверженность, прежде всего, обслуживать клиентов и сохранять стабильность на рынке.
Мне кажется, это очень своевременный и крайне эффективный ответ на случившуюся атаку. Мы не ощутили серьезного дефицита на рынке. И, по-моему, если мы смотрим на рынки сегодня, особенно то, что происходит сейчас на рынке США – использование сланцевой нефти – мы видим, что все-таки это уравнение рынка остается стабильным. Мы видим это равновесие.
Рынок научился многому из этой атаки. И при этом, мне кажется, важно помнить о том факте, что все-таки мы увидели, что эти излишние поставки, которые были на рынке, вдруг пропали, и коммерческие запасы использовались именно для того, чтобы компенсировать этот возникший дефицит. И это демонстрирует все-таки прочность системы в целом и рынка вообще. Действительно, она была поставлена под вопрос, но выстояла.
К.Симмонс: Господин Дадли, не буду вдаваться в политику, но все-таки хочу Вас спросить о ситуации на рынке. Если напряженность между Ираном и Саудовской Аравией будет расти, и мы видим, что, может быть, в дальнейшем еще такие атаки могут произойти, что Вас больше всего беспокоит в отношении данной ситуации для нефтяного рынка?
Р.Дадли Мне кажется, 25 лет назад цена на нефть была относительно стабильная, а сейчас все происходит очень быстро. Это связано с тем, что коммуникации идут быстрее, информацией все обмениваются быстрее. «Сауди Арамко» очень быстро отреагировала на ситуацию, все знают, что происходит, все знают о реальных запасах. И сейчас мы видим, что США, Саудовская Аравия и Россия в целом могут обеспечивать стабильность на рынке и компенсировать временную волатильность.
Конечно, напряженность возникает, и рынок будет на нее реагировать. И это не только те напряженности, которые Вы упомянули: это и Венесуэла, это и Ливия и другие части мира, где ситуация остается напряженной. И, как сказал Даррен, механизм рынка действительно продемонстрировал себя прекрасно, он действительно эффективно работает, и мы видим, что в мире достаточно нефти.
К.Симмонс: Господин Баркиндо, Вы, наверное, тоже получили очень много телефонных звонков после произошедшей атаки. Может быть, Вы поделитесь информацией, как ОПЕК работает в такой ситуации?
М.Баркиндо (как переведено): Конечно, это был очень серьезный шок для всех нас и для глобальной промышленности в целом, сама возможность такой атаки и ее масштаб. Мы постоянно были на связи с Его Превосходительством принцем бен Сальманом, который, действительно, столкнулся с таким испытанием на прочность по прошествии нескольких недель после того, как он занял свой пост.
5,7 миллиона баррелей в день сырой нефти – это тот объем, который мы потеряли из-за атаки. Но то, как этот кризис разворачивался и то, как его контролировал Его Высочество, его команда в «Сауди Арамко» действительно великолепно.
Менее чем через две недели они смогли не только полностью взять ситуацию под контроль, успокоить рынок, продемонстрировать максимальную прозрачность о произошедшем, они поделились со всем миром масштабом нанесенного уровня, они смогли внедрить все необходимые меры по восстановлению после этой атаки и уже 25 сентября смогли вернуться к уровню добычи и переработки нефти до совершенной атаки.
И конечно, эту ситуацию следует внимательно изучить. И я на самом деле не могу представить какую-либо подобную ситуацию, где был бы продемонстрирован такой потрясающий подход, такая командная работа и талант в управлении этой кризисной ситуацией. Они потрясающим образом, очень быстро и своевременно отреагировали на эту атаку. Конечно, освещение в СМИ и то, что произошло дальше.
У нас в ОПЕК нет какой-то кнопки, которую нужно нажимать в случае паники, и мы этого бы не сделали, потому что мы верим, и мы абсолютно уверены в способности руководства Саудовской Аравии, «Сауди Арамко» соответствовать этому вызову.
Мы знали, что они справятся. И буквально перед встречей с Президентом Путиным министр Саудовской Аравии рассказывал мне о том, что действительно эта ситуация была форс-мажорная, и то, как с ней справились, абсолютно восхитительно.
Но важно сказать, что «ОПЕК-плюс» – это та платформа, то объединение, которое действительно является надежным источником поставок нефти. Мир не должен впадать в панику, что бы ни произошло, и Саудовская Аравия, вне всякого сомнения, продемонстрировала всем нам, что на поставки нефти от них всегда можно положиться.
Давайте поговорим о спросе и потреблении.
На панельной сессии у нас прежде всего представители энергетической отрасли и у каждого из участников есть уникальное видение рынка и мировой экономики от Китая и до Европы и США.
Господин Лундмарк, позвольте обратиться к Вам, мы еще не давали Вам слова. Какого Ваше видение энергетического рынка? Как Вы считаете, учитывая то, что происходит в европейской экономике, что будет дальше: она окажется в некоем тупике, она зависнет на текущих индикаторах?
П.Лундмарк (как переведено): Мы, безусловно, видим, что европейская экономика замедляется в своем развитии, тем не менее это все-таки не остановка. Конечно, особое беспокойство вызывает немецкая экономика. Мы видим, что уровень производства сейчас практически не демонстрирует роста.
И конечно, ситуация варьируется от одной страны к другой. Прежде всего это зависит от производственного сектора, он нас беспокоит больше всего.
Нам важно помнить также о том, что мощность ЕЦБ и его готовность поддерживать экономику ограничена. Мы все помним о предыдущей рецессии, и так было сделано все, что можно и, кажется, что фискальные стимулы уже будут оставлены на распоряжение конкретных стран. Поэтому ситуация будет варьироваться от одной страны к другой.
К.Симмонс: Господин Зеле, каковы Ваши ожидания от европейской экономики и спроса на энергетику в грядущие годы?
Р.Зеле (как переведено): Честно говоря, я тоже не ожидаю какого-то особо яркого будущего.
http://www.kremlin.ru
Читайте нас в